Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: мародиоры (список заголовков)
20:31 

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
"Проблема Питера как раз и состояла в том, что он чувствовал себя лишним"
Бродяга иногда удивительно прав. Да.

@темы: мародиоры, на всю голову рейв

00:58 

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
эпиграфы

Люпин
Уныние, растерянность, венчанье –
Эндемные болезни широты.
Я ж, будучи с безумием «на ты»,
Не выношу обычного молчанья.

Да, не приемлю пошлого молчанья.
Ни здесь, ни в царстве вечной мерзлоты
В нем не было гармонии. Но ты
Перевернул привычное сознанье.

С тобою говорит молчаньем ночь
И погружает музыка в молчанье.
И даже послевкусие прощанья –
Молчанье, убегающее прочь.

В твоем молчанье - музыка стиха
И тонкая холодная рука.


Блэк
Взрывать мосты и спрыгивать с мостов –
Не лучшее занятие на свете,
Но если ценишь ты минуты эти,
То я их разделить с тобой готов.

Задумайся, не высока ль цена
За шаг с обрыва и полет над бездной?
Но если убежденье бесполезно,
То бездна покорится нам сама.

Ты - безусловный вечный фаворит,
Хотя, увы, не баловень фортуны.
Судьба твоя – натянутые струны
Как мост на неоткрытый материк.

А перешедший этот струнный мост
Дотянется до самых ярких звезд.

@темы: мародиоры

04:33 

lock Доступ к записи ограничен

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
05:04 

Лекарство от любви

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
17:56 

Время боггартов (воспоминание о воспоминании или боггарт на двоих)

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
Полночь – время собак и оборотней, а ночь сама по себе – время боггартов. На своей крысиной шкуре знаю. Вернее, строго говоря, не совсем-то еще крысиной, ибо в силу природной скудости ума крысился я тогда из рук вон плохо.
Так или иначе, но это была ночь после полнолуния, когда наша мародерская компашка по воле левого поттеровского ботинка потащилась кататься с ближайшей горки. Для тех, кто не понял, поясню. Хогсмид. Четыре утра. Зима. Темно. Четыре подростка-пятикурсника. Первая ночь после возвращения Лунатика в человеческий облик. Идиоты.
Поняли или нет? В это время мы все должны быть в постельках под золотисто-красными пледиками за красными шторочками. Или, в совсем уж крайнем случае, сидеть визжащей хижине за бутылочкой имбирного, слушать рассказы Поттера или Блэка под тихие вздохи Люпина и завывание пороши за окном. Вместо этого нас потащили кататься по только что выпавшему снежку.
- Чего ты трясешься так, Питер? Скатись хоть раз.
- Джим, я…
- Не хочешь кататься - уходи.
Он бежит к парням. Я остаюсь один. Совсем один. Пустота. Тишина. Немота. Кромешная темень. Внизу с веселым визгом катится с горы Лунатик. Даже Лунатик…
Скатываюсь. Сверху на меня валятся хохочущие друзья, и где-то в районе моей коленки мелькает улыбка Джима. Как можно так играть? Лжец, коварный лжец…
Тащусь вверх, как вдруг замечаю на вершине склона хрупкую фигурку в тоненькой блузочке. Рыжие волосы треплет ветер. С ума сошла! В такой холод!
Карабкаюсь, вязну в сугробах, на ходу разрывая застежки мантии. В голове две мысли: согреть и оторвать голову ее слизеринцу. Она может простудиться, заболеть, умереть… Запоздало приходит мысль: «Что ей там делать? Она пришла предупредить нас?» Сердце бешено колотится, выскакивая из груди. Пальцы сбиваю в кровь, наконец поднимаюсь. В трех шагах от меня стоит с квадратными глазами Блэк, а между нами…
Как я не увидел его в темноте, как не почувствовал? Она была не одна. Джим Поттер, наш друг… Он так жадно и ненасытно целовал ее, что хотелось скулить, рвать на себе волосы, умирать медленно и мучительно… Только бы не видеть.
Глаза застит пелена слез. Отчего? Отчего сейчас не полнолуние и некому разорвать меня в клочья? Лунатик, милый, куда мы идем? Что нам всем делать теперь? Что делать мне? Прямо сейчас перегрызть себе вены? Подождать утра и сброситься с башни Астрономии? Только бы не жить. Только бы не видеть. Только бы не думать.
Дорога до визжащей хижины – вечность. Единственное желание – взять за руку Лунатика, самого здравомыслящего среди нас, заразиться крупицей его спокойствия. Перехватываю запястье. Тут же слышу всхлип. Прости, друг. Я помню, ты не любишь прикосновений.
В хижине весело потрескивает огонь, слышится тихий смех. Я силюсь заставить себя войти, но не могу видеть Поттера снова. Колючий ветер пробирает до костей: мантия потеряна где-то, джемпер лежит у камина, рубаха не греет вовсе. Холодно, но лучше умереть тут, чем жить с ненавистью к другу.
Стою , широко раздвинув ноги, подставляю лицо снегу, таращусь на огоньки деревни , замок на горизонте… И не вижу ничего, кроме жгучей обиды, пронизывающей сильнее ледяных игл. Думаю о Поттере, его эгоцентризме, неспособности думать о других, псевдолюбви к Эванс (моей Эванс!), о том, как хорошо было бы мне вовсе не рождаться... Думаю, смотрю на заснеженные крыши и плачу. Да, мужчины не плачут, но по сути-то я еще не мужчина. Даже на юношу не тяну. Так, мальчишка.
Клянусь себе, что никогда не стану покрывать Поттера, что сейчас же выскажу ему все, что завтра извинюсь перед Снейпом, что приму приглашение Мальсибера «на поговорить» и пусть меня поколотят… А Поттер…
Поттер просто подкрадывается со спины, накрывает мои плечи мантией, шепчет:
- С завтрашнего дня начинаем тренировать «редикулус». Покуда не освоишь – без меня или Лунатика ни шагу.
Хлопает по плечу, жестом приглашает в дом, но останавливается на пороге:
- Ты, Хвост, меня потряс. Бояться даже чужого боггарта! Идем к огню, дружище.
Чужого! Если бы ты только знал, Джим… Огонь медленно отогревает тело, имбирное пиво – душу. С накатывающим теплом приходит безумное чувство вины, больше достойное правильного Лунатика. Джим клянется:
- Братья, запомните: я никогда не променяю вас на бабу. Вы – моя семья.
Я смотрю на Бродягу поверх бутылки и пытаюсь понять, чего же он боится. Того, о чем говорит Джим, или того, чего боюсь я? Так или иначе, этот боггарт на двоих определенно повлияет на наши отношения.
С этого дня … Вернее, ночи, но это не важно. С этого дня я поклялся всегда и во всем поддерживать Поттера.
Продержался, правда, только до середины седьмого курса, но в это уже совсем другая история.

@темы: живая игра, мародиоры

13:38 

В суету городов...

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
Семёныч по кругу уже полчаса. Мои магглы с квадратными глазами наблюдают за разбиранием сумки, периодически вводя меня в ступор вопросами: "а это тебе зачем"? Так и хочется по макушке треснуть. Неужели не понятно, что без палочки или галстука совершенно невозможно обойтись?! Но они, глупые, искренне считают, что я ездила пить, травить анекдоты и кататься с горки. Не хочется разубеждать: тогда придется пускать в мой мир. Нет. В нем сейчас слишком тесно. В нем сейчас Лунатик, Бродяга, Сохатый, Хогсмид, Снег, Полная Луна, люди в масках и черных плащах, ночной разговор с мадам Помфри... В нем сейчас сама жизнь. Та, которую давно искала. Та, которую нашел мой мальчик.
Скрабы, маски, ванночки, легкий педикюр... Полтора часа в пене, пахнущей скошенной травой, и ничто не напоминает о мальчике, в середине семидесятых влюбившемся в однокурсницу. Ничто.
Кроме синяков на ногах, разодранных запястий, ухающего сердца и воспоминаний. Куда без них?
Я так и не дал Блэку в морду.
Сейчас, сидя на собственной уютной постельке, трудно поверить, что все это было. Еще труднее - что было со мной. И совсем уж невозможно признать: это была я. Там, в параллельной реальности, все было проще и сложнее одновременно. . Нужно сейчас, пока помню, вытряхнуть из головы на бумагу мысли и чувства, открывшиеся мне, но... Не отпускает ощущение, что я предам его.

Грань реальности. Она вообще есть? Несколько часов назад я растерянно улыбался Лунатику, плечом отодвинувшему меня от Сириуса. Лунатик, до обморока боящийся прикосновений! Не исключено, что он сам не отследил этого жеста, но мне хватило. Ушатом холодной воды отрезвить сложнее, чем этим истинно гриффиндорским порывом. Порой умею быть благодарным, а потому отхожу, сажусь на скамью и считаю до тысячи. Блэк выходит победителем, а я в очередной раз оказываюсь трусом.
Еще несколько часов назад. Еще совсем недавно. А теперь тут каждый теребит, требует, вынуждает говорить, а я совсем забыл голос Хатика.
- Ну так что? - вопрошают меня строго
- Да, - отвечаю тихо, не простившись еще с забитым мальчишкой в моем сознании. Страсти нарастают пропорционально моему молчанию.
- Говори нормально! Не таким противным голосом!
Крик. Злость. волны накопившегося за время моего отсутствия негатива. Их что, собирали в мешок до моего приезда? И тебе здравствуй, дом родной.
Чего они хотят? Уместнее ли сорваться на крик и запереться в комнате, лечь спать? Хатик бы выбрал что-то из предложенного. Питер запирается в уборной и пишет эту заметку. Капризы, показывание характера. Так и хочется сказать: "Мам, я сыт Блэком по горло. Хоть ты не начинай!" Вместо этого подсовываю тест на соционику: "Маман, а Вы у меня, похоже, Достоевский..."
Никого не хочу видеть или слышать. Отключил все телефоны, кроме городского. Медленно приучаю себя к семье. Пожалуй, стоило бы им сразу объяснить, но дело кончится Кащенко еще до окончания вводной. Вру, что охрипла, заразившись от Даши. Ловлю себя на мысли, что впервые за многие месяцы произношу его мирское имя. Накатывает тоска: мы теперь снова просто люди.
Что делать, если я еще не вернулся полностью, если там остался добрый клок моего лоскутного сердца? Если мне хочется рыдать оттого, что я не набил Сириусу морду...
Пойду мириться, обсуждать новый диван и отчаянно скучать по тлеющим угольям в камине визжащей хижины.

Питипесня

@настроение: "Я раскрою довольно много тайн. Кроме тех, что делились на двоих... "

@темы: живая игра, мародиоры, ностальгия

Сточная канава мыслей

главная