• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: живая игра (список заголовков)
20:12 

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
"Если бы Хатька играла Кая, то этот Кай вместо "вечность" сложил бы из льдинок "*уй", а остальное **нул бы с мартини"
сомнительный комплимент

@темы: -, живая игра, забавное

00:08 

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
Ну вот и что с ними делать?
Планировался тихий семейный капустник, а получилась очередная мозговыносилка.
Маньяки! Даже чай спокойно попить не могут!

@темы: пожизня, живая игра

22:38 

lock Доступ к записи ограничен

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
22:37 

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
"Плед Рика, под которым я застал Лили на кровати Тедда, нужно вернуть Джой".
Озвучив такую мысль, я наконец всерьез задумался о собственной нормальности.
Когда пили с братом коньяк возле аэропорта, он подтрунивал: "Где у нас Крауч? В шестой палате, где раньше Наполеон был"

@темы: живая игра

17:18 

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
Что-то из области сна или видения посетило меня этой ночью. Память, не спросив согласия, швырнула из затхлой реальности в тот вечер, когда верилось в чудо. В любовь, верность, свободу… В юношество и юность.
Она, такая невыносимо маленькая в восточных шелках домашнего платья, сидела у окна, отвлеченно наигрывая маленькими ручками незамысловатую мелодию.
С утра шел дождь, и теперь, в темноте июньской ночи, шорох капель по подоконнику играл с ней в четыре руки. Ее щечки еще пылали от прервавшегося минуту назад неприятного разговора на повышенных тонах, но во всем облике царил тот неповторимый налет искренности и теплоты, что страшно было дышать. Не то что кашлянуть или пошевелить рукою.
Она играла и в этой музыке была она вся. Нежная, кроткая, страстная, невыносимая, вредная, шумная, капризная, кокетливая… Все сливалось во мне в единственное слово - МОЯ!
А музыка все плыла над тихим домом, над заросшим садом, над спящими розами в горшках и над целующимися лошадьми в конюшне. Музыка плыла, она играла, я смотрел, кот умывался на подоконнике, дождь шуршал… И все мы были частью единой мелодии, написанной несколько веков назад на потеху капризной публики.
Скрип решетки. Лишний, чуждый, мерзкий… Из другой реальности ворвался он в гостиную и та рассыпалась мириадами осколков.
Что осталось мне? Четыре стены. Миска тюремной похлебки. Квадратик неба в крошечном окне, из которого немилосердно дует.
Огромная тюрьма – ничтожная точка на карте. Что же тогда в этом мире я?
Не думать. Спать. Снова уснуть, чтобы увидеть ее.
Но больше она не приходила.

@музыка: В.А. Моцарт – Музыка Ангелов

@настроение: игровое

@темы: живая игра

15:52 

обрывки воспоминаний, обличенные в слова

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
Никто из нас никогда не даст верного ответа на этот вопрос. Даже себе.
Что это? Смысл ли жизни, ее ли самоцель? Или побочный продукт?
Я уже практически взрослый. У меня есть самостоятельные друзья. И даже есть девушка. Так в чем дело? Почему мне так невыносимо хочется все больше времени проводить возле человека из другого мира?
К нему нельзя прикасаться, а потому единственным почти физическим контактом остаются взгляды.
Никогда прежде не встречал я глаз зеленее цветущей воды школьного озера, теплее залитого весенним солнцем луга и грустнее неба в час перед грозой. Глаз, в которых запросто можно утонуть. Глаз, в которые можно было бы смотреть бесконечно, если бы не било всякий раз разрядом ментального электричества.
Сестра подозревает романтическую связь. Глупая. Если бы все было так просто…
_________________

Идет вторая неделя. Сегодня во второй половине дня начала задыхаться без причины. Голова кружилась, сознание отступало и почему-то невыносимо хотелось курить. Дрожь по всему телу гуляет волнами. Руки трясутся от страха. От ненависти к себе настоящему. К внутреннему зверю, пробудившегося неожиданно для всех (прежде всего – для меня), наломавшему дров, а теперь сидящем под лавкой в ожидании решения своей участи.
Встретившись с трансформацией лицом к лицу (морде?), невольно задумаешься о Лунатике. Начнешь понимать и его тактичность, и его вечное чувство вины. Не знаю, надолго ли хватит самообладания, но играючи ума нажила столько, что на три реальных жизни хватит. Всерьез задумалась о том, стоит ли ехать на Большую игру. Что если я там кого-нибудь убью? Если себя – полбеды. А если кого-то?
Мерлин Всемогущий, а все могло бы быть по другому, будь цены на боулинг пониже.
*нервный смех*


Что было? Была игра. Игра, вышедшая из-под контроля. Игра, переставшая быть игрой. Если излагать сухие факты, то есть в мире Роулинг такая штука как «Сыворотка Правды». Жидкость без цвета и запаха, вызывающая непреодолимое желание быть искренним. Без возможности промолчать. Короче, страшная штука.
Внутренней задачей меня как человека было снятие внутренних барьеров. Доигрались.
Приходилось ли тебе говорить неприятную правду в глаза? А десять минут подряд? А час?
При помощи подручных средств, богатой фантазии и самовнушения мой мозг честно отыграл погружение в необходимое состояние. Окружающие помогли. Что и стало их роковой ошибкой. Крышу мальчику снесло начисто.
На следующее утро я с квадратными глазами выслушивал краткий адаптированный пересказ вечерних событий и внутренне сожалел. Не столько о том, что ввязался, сколько о том, что родился.
Нет, ничего криминального или удивительного. Все то, что у трезвого давно было на уме. Так что все почти ожидаемо. Почти.
Представь себе на минуту, что завтра ты умрешь. Не просто умрешь, но и память о тебе растворится. То есть с тебя снята всякая ответственность за твои действия. Представил?
Полагаю, в большинстве голов сразу же начинает формироваться примерный план действий. А теперь представь, что ты проснулся утром и тебе рассказывают, что ты вчера выполнил… Ну, скажем, пункта два-три.
Согласна, нет ничего оригинального в том, чтобы высказать давно сформулированное или совершить давно задуманное. Но без условностей, сомнений, рассуждений об уместности и оглядки на чужое мнение такое действие приобретает особенный внутренний шарм. Особенно если в реальной жизни тебя вечно держат какие-то рамки. Такие вот игры в свободу.
Спросишь, почему бы не поступать так всегда? А ты попробуй один день говорить только правду. Не забудь сфотографировать лицо начальника/декана/учителя/родителей.
Лично я весь следующий день налаживал испорченные отношения.

@темы: живая игра

22:37 

Сыгровка "Последний зимний уикенд"

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
Нет игры - плохо. Есть - еще хуже.
Эту вашу сыворотку правды я никогда не забуду, черти гриффиндорские! Судя по рассказам, я не помню и половины, но то, что помню...
Люди добрые, ради общего блага напишите лично мне отчет о том, что Я делал тем вечером. Желательно - по минутам и максимально объективно. Уповаю только на вашу честность, ибо от всего произошедшего помню только танцы на крыльце с Эйрин, проповедь Розмерты "чего тебе сейчас хочется, то и делай" и холодные руки Ашеса.
Чтоб я еще раз так вролился!!!
Короче, жду всех в личку. А лучше сразу в скайп.

@настроение: фейспалм

@темы: живая игра

05:04 

Лекарство от любви

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
17:56 

Время боггартов (воспоминание о воспоминании или боггарт на двоих)

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
Полночь – время собак и оборотней, а ночь сама по себе – время боггартов. На своей крысиной шкуре знаю. Вернее, строго говоря, не совсем-то еще крысиной, ибо в силу природной скудости ума крысился я тогда из рук вон плохо.
Так или иначе, но это была ночь после полнолуния, когда наша мародерская компашка по воле левого поттеровского ботинка потащилась кататься с ближайшей горки. Для тех, кто не понял, поясню. Хогсмид. Четыре утра. Зима. Темно. Четыре подростка-пятикурсника. Первая ночь после возвращения Лунатика в человеческий облик. Идиоты.
Поняли или нет? В это время мы все должны быть в постельках под золотисто-красными пледиками за красными шторочками. Или, в совсем уж крайнем случае, сидеть визжащей хижине за бутылочкой имбирного, слушать рассказы Поттера или Блэка под тихие вздохи Люпина и завывание пороши за окном. Вместо этого нас потащили кататься по только что выпавшему снежку.
- Чего ты трясешься так, Питер? Скатись хоть раз.
- Джим, я…
- Не хочешь кататься - уходи.
Он бежит к парням. Я остаюсь один. Совсем один. Пустота. Тишина. Немота. Кромешная темень. Внизу с веселым визгом катится с горы Лунатик. Даже Лунатик…
Скатываюсь. Сверху на меня валятся хохочущие друзья, и где-то в районе моей коленки мелькает улыбка Джима. Как можно так играть? Лжец, коварный лжец…
Тащусь вверх, как вдруг замечаю на вершине склона хрупкую фигурку в тоненькой блузочке. Рыжие волосы треплет ветер. С ума сошла! В такой холод!
Карабкаюсь, вязну в сугробах, на ходу разрывая застежки мантии. В голове две мысли: согреть и оторвать голову ее слизеринцу. Она может простудиться, заболеть, умереть… Запоздало приходит мысль: «Что ей там делать? Она пришла предупредить нас?» Сердце бешено колотится, выскакивая из груди. Пальцы сбиваю в кровь, наконец поднимаюсь. В трех шагах от меня стоит с квадратными глазами Блэк, а между нами…
Как я не увидел его в темноте, как не почувствовал? Она была не одна. Джим Поттер, наш друг… Он так жадно и ненасытно целовал ее, что хотелось скулить, рвать на себе волосы, умирать медленно и мучительно… Только бы не видеть.
Глаза застит пелена слез. Отчего? Отчего сейчас не полнолуние и некому разорвать меня в клочья? Лунатик, милый, куда мы идем? Что нам всем делать теперь? Что делать мне? Прямо сейчас перегрызть себе вены? Подождать утра и сброситься с башни Астрономии? Только бы не жить. Только бы не видеть. Только бы не думать.
Дорога до визжащей хижины – вечность. Единственное желание – взять за руку Лунатика, самого здравомыслящего среди нас, заразиться крупицей его спокойствия. Перехватываю запястье. Тут же слышу всхлип. Прости, друг. Я помню, ты не любишь прикосновений.
В хижине весело потрескивает огонь, слышится тихий смех. Я силюсь заставить себя войти, но не могу видеть Поттера снова. Колючий ветер пробирает до костей: мантия потеряна где-то, джемпер лежит у камина, рубаха не греет вовсе. Холодно, но лучше умереть тут, чем жить с ненавистью к другу.
Стою , широко раздвинув ноги, подставляю лицо снегу, таращусь на огоньки деревни , замок на горизонте… И не вижу ничего, кроме жгучей обиды, пронизывающей сильнее ледяных игл. Думаю о Поттере, его эгоцентризме, неспособности думать о других, псевдолюбви к Эванс (моей Эванс!), о том, как хорошо было бы мне вовсе не рождаться... Думаю, смотрю на заснеженные крыши и плачу. Да, мужчины не плачут, но по сути-то я еще не мужчина. Даже на юношу не тяну. Так, мальчишка.
Клянусь себе, что никогда не стану покрывать Поттера, что сейчас же выскажу ему все, что завтра извинюсь перед Снейпом, что приму приглашение Мальсибера «на поговорить» и пусть меня поколотят… А Поттер…
Поттер просто подкрадывается со спины, накрывает мои плечи мантией, шепчет:
- С завтрашнего дня начинаем тренировать «редикулус». Покуда не освоишь – без меня или Лунатика ни шагу.
Хлопает по плечу, жестом приглашает в дом, но останавливается на пороге:
- Ты, Хвост, меня потряс. Бояться даже чужого боггарта! Идем к огню, дружище.
Чужого! Если бы ты только знал, Джим… Огонь медленно отогревает тело, имбирное пиво – душу. С накатывающим теплом приходит безумное чувство вины, больше достойное правильного Лунатика. Джим клянется:
- Братья, запомните: я никогда не променяю вас на бабу. Вы – моя семья.
Я смотрю на Бродягу поверх бутылки и пытаюсь понять, чего же он боится. Того, о чем говорит Джим, или того, чего боюсь я? Так или иначе, этот боггарт на двоих определенно повлияет на наши отношения.
С этого дня … Вернее, ночи, но это не важно. С этого дня я поклялся всегда и во всем поддерживать Поттера.
Продержался, правда, только до середины седьмого курса, но в это уже совсем другая история.

@темы: живая игра, мародиоры

13:38 

В суету городов...

Пока есть ноги, дорога не кончается. Пока есть попа, с ней что-то приключается.
Семёныч по кругу уже полчаса. Мои магглы с квадратными глазами наблюдают за разбиранием сумки, периодически вводя меня в ступор вопросами: "а это тебе зачем"? Так и хочется по макушке треснуть. Неужели не понятно, что без палочки или галстука совершенно невозможно обойтись?! Но они, глупые, искренне считают, что я ездила пить, травить анекдоты и кататься с горки. Не хочется разубеждать: тогда придется пускать в мой мир. Нет. В нем сейчас слишком тесно. В нем сейчас Лунатик, Бродяга, Сохатый, Хогсмид, Снег, Полная Луна, люди в масках и черных плащах, ночной разговор с мадам Помфри... В нем сейчас сама жизнь. Та, которую давно искала. Та, которую нашел мой мальчик.
Скрабы, маски, ванночки, легкий педикюр... Полтора часа в пене, пахнущей скошенной травой, и ничто не напоминает о мальчике, в середине семидесятых влюбившемся в однокурсницу. Ничто.
Кроме синяков на ногах, разодранных запястий, ухающего сердца и воспоминаний. Куда без них?
Я так и не дал Блэку в морду.
Сейчас, сидя на собственной уютной постельке, трудно поверить, что все это было. Еще труднее - что было со мной. И совсем уж невозможно признать: это была я. Там, в параллельной реальности, все было проще и сложнее одновременно. . Нужно сейчас, пока помню, вытряхнуть из головы на бумагу мысли и чувства, открывшиеся мне, но... Не отпускает ощущение, что я предам его.

Грань реальности. Она вообще есть? Несколько часов назад я растерянно улыбался Лунатику, плечом отодвинувшему меня от Сириуса. Лунатик, до обморока боящийся прикосновений! Не исключено, что он сам не отследил этого жеста, но мне хватило. Ушатом холодной воды отрезвить сложнее, чем этим истинно гриффиндорским порывом. Порой умею быть благодарным, а потому отхожу, сажусь на скамью и считаю до тысячи. Блэк выходит победителем, а я в очередной раз оказываюсь трусом.
Еще несколько часов назад. Еще совсем недавно. А теперь тут каждый теребит, требует, вынуждает говорить, а я совсем забыл голос Хатика.
- Ну так что? - вопрошают меня строго
- Да, - отвечаю тихо, не простившись еще с забитым мальчишкой в моем сознании. Страсти нарастают пропорционально моему молчанию.
- Говори нормально! Не таким противным голосом!
Крик. Злость. волны накопившегося за время моего отсутствия негатива. Их что, собирали в мешок до моего приезда? И тебе здравствуй, дом родной.
Чего они хотят? Уместнее ли сорваться на крик и запереться в комнате, лечь спать? Хатик бы выбрал что-то из предложенного. Питер запирается в уборной и пишет эту заметку. Капризы, показывание характера. Так и хочется сказать: "Мам, я сыт Блэком по горло. Хоть ты не начинай!" Вместо этого подсовываю тест на соционику: "Маман, а Вы у меня, похоже, Достоевский..."
Никого не хочу видеть или слышать. Отключил все телефоны, кроме городского. Медленно приучаю себя к семье. Пожалуй, стоило бы им сразу объяснить, но дело кончится Кащенко еще до окончания вводной. Вру, что охрипла, заразившись от Даши. Ловлю себя на мысли, что впервые за многие месяцы произношу его мирское имя. Накатывает тоска: мы теперь снова просто люди.
Что делать, если я еще не вернулся полностью, если там остался добрый клок моего лоскутного сердца? Если мне хочется рыдать оттого, что я не набил Сириусу морду...
Пойду мириться, обсуждать новый диван и отчаянно скучать по тлеющим угольям в камине визжащей хижины.

Питипесня

@настроение: "Я раскрою довольно много тайн. Кроме тех, что делились на двоих... "

@темы: живая игра, мародиоры, ностальгия

Сточная канава мыслей

главная